Горизонтально-вертикальные перемещения из Закарпатья в Ивано-Франковскую
Ивано-Франковск-Ужгород
Я ехал к нашим соседям. До наших крупнейших соседей, потому протяженность общей границы в Закарпатье самая именно из Ивано-Франковщине. Но странным образом контактов с этой областью у нас меньше всего. Числе и литературных.
Такой близкий и далекий сосед
И препятствием здесь стоят горы, именно в этой части украинских Карпат являются самыми высокими. Не спасают и два перевала – Яблуницкий (931 метр над уровнем моря), который ведет с Ясиня на Яремчу, и Вышковский (988 метров), которым с Межгорье можно попасть в Долину. О последнем большинство закарпатцев даже не догадывается.
Ведь основные транспортные потоки направлены на другие два перевала – Ужокский (ведет на Самбор) и Верецкий (на Стрый), которыми и осуществляется более 90% контактирования Закарпатье с остальной Украиной. Соседняя Ивано-Франковская оказалась в стороне.
Единственный поезд «Ужгород-Черновцы», который может завезти вас в Ивано-Франковск, едет через тот же Стрый, поэтому путешествие выходит на час-два дольше, чем во Львов. А если учесть, что этот поезд ездит только через день, то и возможность попасть более-менее комфортно в город Ивана Франко у вас вдвое меньше. Разве что с пересадкой в Стрые.
Как ни странно, но Закарпатья очень близкое Ивано-Франковщине по многим параметрам. У нас проживает 1250 тысяч человек, у соседей – только на 150 тысяч больше. По площади мы тоже почти одинаковые – 12,8 тысяч квадратных километров должен Закарпатья и 13,9 – Франковщина. Примерно столько же должно Тернопольщина – 13,8. Еще меньше наши области есть только Буковина – 8,1 тысяч квадратных километров. На этом особенно подчеркиваю, потому что все другие области – вдвое (а некоторые и втрое) больше нас. То есть, наша весовая категория с Франковщиной примерно одинакова и где там у «хвосте» украинский административных территорий. Большинство населения в наших областях также является сельским.
И еще одна существенная черта, которая нас объединяет. Закарпатье с Франковщиной наиболее горными областями Украины. Правда, здесь мы наших восточных соседей обогнали, ведь горный рельеф у нас характерен для двух третей области, когда у франковцев он занимает меньше половины. (На Буковине и Львовщине – меньше четверти).
«Старший брат»
Если учесть, что по утверждению историков и этнографов, закарпатские украинский – это в значительной степени галичане, которые постоянно переселялись через карпатские хребты течение веков, то ехал я почти к родственникам. (Это хорошо заметно на закарпатской Верховине – в Великоберезнянском, Воловецком и Раховском районах, где была поздняя волна переселения галичан, а соответственно сохранилась самая чистая речь, (ближайшая к украинским литературной) и общие этнографические черты по обе стороны Карпат.
Иными словами, ехал я в «старших братьев», которые развивались под большим польским влиянием, когда закарпатцы росли преимущественно под мадьярским. Именно эти исторические обстоятельства и сделали нас разными.
Еще нас отличает одна существенная деталь. Если на Закарпатье Украинское составляют 80% населения, то в Ивано-Франковской – 97,5%. (Это одна из наиболее моноэтнических областей Украины).
Однако так было не всегда. Например, в XIX веке украинский (тогдашнее название – русины) составляли лишь незначительную долю жителей Станиславова (Ивано-Франковск). В 1880 году из более 18 тысяч городского населения Украинский было меньше трех тысяч (15%). Поляков было вдвое больше, а евреев вдвое больше поляков. Такое соотношение примерно сохранялось до Второй мировой войны, в корне изменила национальную картину. Евреев истребили гитлеровцы, а поляки массово выехали после войны в Польшу. Ивано-Франковская стала моноэтническим, не считая русских, которые занимали руководящие и управленческие должности.
Поэтому я ехал к прежнему Станиславова рассказывать о том, чего в них нет, – об этнических группах Закарпатья. Немного сумасшедшая идея, но в наше извращенное время экзотика привлекает большее внимание, чем вещи обычные.
Почему Рахова ближе Ивано-Франковск?
Поезд «Львов-Рахов» едет в Ивано-Франковск три с половиной часа. Столько же из бывшего Станиславова занимает дорога и в Черновцы. По сути, Франковск лежит посередине между этими двумя городами на древнем торговом тракте. Здесь ты понимаешь, насколько отдаленно находится твой родной Ужгород, если до ближайшего Львова надо добираться 7-8 часов. Что ни говорите, а география является одним из наиболее формирующих факторов. Даже в нашу глобализационные сутки.
Потому за три с половиной часа можно мотнутися во Львов или Черновцы, решить там свои дела и вернуться обратно. А из Ужгорода у вас это займет уже два дня. Именно поэтому наши контакты намного слабее.
Парадоксально, но в Рахов можно доехать по железной дороге из Львова, Черновцов и Ивано-Франковска, но не из Ужгорода. При Австро-Венгрии железную проложили из Солотвино в Рахов через Сигет, который после 1918 года отошел к Румынии. Так обризалося железнодорожное сообщение между Ужгородом и самым отдаленным районом Закарпатья (хотя и самым большим по площади) – Раховский. За удаленности от своего областного центра, раховские гуцулы держатся ближе Ивано-Франковска. Многие ездят на другую сторону Карпат учиться, скупаться или даже лечиться. Словом, ее величество география и здесь диктует свои условия.
Малая литературная столица
Киевское издательство «Грани-Т» организовало наши совместные с известным Ивано-Франковским писатель Степан Процюк презентации в Прикарпатском Национальном университете имени В. Стефаника, в книжном магазине «Е» и в Первой украинской гимназии. Степан Процюк рассказывал о вертикали – отношения человека и космоса, неврозы и комплексы, поиски и потери себя, о чем он хорошо пишет в своем сборнике эссе «Анализ крови». Я все пытался попутешествовать по горизонтали – по карте народов и религий, пройтись на Восток и на Запад, на Юг и на Север, но не дальше пространство объемом 12 тысяч квадратных километров. То есть в рамках Серебряной Земли.
Как ни странно, но большинство из тех, перед кем нам пришлось выступать, никогда не были на Закарпатье. (Как и большинство закарпатцев никогда не бывала на Ивано-Франковщине). Они слушали о венгров, цыган, словаков, немцев, чехов … Слушали внимательно. Ведь немцы, армяне, поляки, евреи – это тоже частичка их прошлого. Прошлого, которое здесь уважается.
Как ни странно, на встречах не прозвучало ни одного «коварного» вопрос. Даже о навязло в зубах русинство никто не вспомнил. А ивано-франковская пресса, которую я изучал, удивила своей взвешенностью. Не заметил я «убийственной» лексики, на которую болеют некоторые закарпатские журналы. Родина Степана Бандеры оказалась совсем не такой радикальной, какой нам ее подают наши «друзья». В отличие от одесских газет, где о украинском и украинских деятелей пишут откровенную клевету и оскорбления, разжигая межнациональную рознь.
Вообще-то, сдержанность, взвешенность, уважение – это то, что бросалось в глаза во время общения с франковцами. Полные залы на встречах, большое внимание журналистов, активная покупка книг на презентациях, десятки записок – это не могло не радовать. Ивано-Франковск, который лишь вдвое больше Ужгород, имеет славу «литературного» города. С десяток франковцев являются лауреатами Шевченковской премии (на Закарпатье таких только трое – Иван Чендей, Петр Скунц и Дмитрий Кремень).
Да и сейчас среди когорты известных участников современного литературного процесса омичей удивительно много – Юрий Андрухович, Василий Герасимьюк, Юрий Винничук, Тарас Прохаско, Издрик, Степан Процюк, Иван Малкович, Василий Портяк, Иван Андрусяк, Владимир Ешкилев, Таня Малярчук, Ирэна Карпа, Евгений Баран, София Андрухович … Странно, что такая маленькая область дает столько литературных талантов. (Более чем Львов!) Видимо, уважение к своему, влюбленность в родное слово, искусство, культуру прорастает здесь таким щедрым творческим урожаем.
Будничный символ Закарпатья
В темноте мы ждали со Степаном Процюком поезда «Черновцы-Ужгород». Как и положено вежливом хозяину, он проводил гостя аж на вокзал. Наконец поезд прибыл, остановившись на станции на несколько минут. За спиной я слышал, как бегом несутся в вагон цыгане с узелками, громко перекликаясь по-венгерски. Как будто брали штурмом последнюю крепость на пути к своей земле. А точнее – к «Точки пересечения». Пересечения диалектов (так литературным языком дома здесь не говорит ни один народ), верь (скорее бы сказать – верований) и путей.
Железнодорожный вокзал является не только крупнейшей и самую сооружением Ужгорода, но и символом моего края, значительная часть которого все время находится в поездке. В странствиях, конечно, по горизонтали. Потому на вертикалях здесь просто живут.